Если вас накрыло несчастье…

Что делать, если близкому вам человеку поставлен смертельный диагноз? Или случилось иное несчастье? Советы дает практикующий психолог.

Если вас накрыло несчастье…

Автор: Светлана Иванова, психолог 

Если пациент хочет жить, то медицина бессильна. (Шутка)

Лет пять-шесть назад я увлеклась чтением книг питерского автора — Михаила Веллера. В частности, есть у него неплохая подборка рассказов под общим названием «Приключения майора Звягина». Был там один рассказ о том, как майор «выводил из ступора» человека, которому поставили страшный диагноз — рак. И жить ему осталось, по словам медиков, всего ничего. Понятно, что произведение далеко не психологическое, но все каноны психологического поведения людей, которые окружали больного, выдержаны.

Что чаще всего происходит с человеком, которому сообщили о смертельном диагнозе? Сначала идет отрицание: «Нет. Это не со мной» и, как следствие, желание все перепроверить. Затем наступает период паники: «Что же делать?!» Человек начинает хвататься за любые «соломинки», чтобы исправить эту несправедливую ситуацию. А потом, когда все методы испробованы, начинается период смирения. Кто-то начинает пить, кто-то готовить документы (составлять завещание или что-то подобное), кто-то просто перестает реагировать на окружающую действительность (все равно же умру). В любом случае, у всех этих этапов есть одно общее: работа на пределе своих эмоциональных возможностей. Человек задействует ВЕСЬ свой эмоциональный ресурс за относительно короткое время, что приводит к эффекту «взорванной лампочки». Человек «выгорает» и, как следствие, перестает бороться за свою жизнь.

Что же делать тем, кто находится рядом с таким человеком? Для начала решить: хотите вы ему помогать или нет. Потому что находиться рядом с паникующим человеком — дело не для слабонервных. Ведь вы будете иметь дело с неконтролируемым перепадом настроений. При этом нужно понимать, что некоторые больные «закрываются» и не дают возможности с ними как-то взаимодействовать. И «достать» человека из его кокона — достаточно тяжелая работа.

Если вы решились помогать, то вам придется пережить с человеком следующее:

1. На этапе отрицания ваша помощь не особо нужна, хотя вы можете помочь тратить эмоции рационально, т. е. помогать их проживать: говорить о них или провоцировать некоторые эмоции специально, чтобы человек их проживал, а не копил.

2. На этапе паники ваша помощь будет заключаться в следующем: помочь человеку не сузить коридор возможностей и подпитывать его положительными эмоциями. Не сузить коридор возможностей — значит, говорить с человеком о разных вариантах решения проблемы, пусть даже из мира фантастики. Здесь важно, чтобы складывалось впечатление, что вариантов действительно много, достаточно просто выбрать подходящий. Что касается восполнения положительных эмоций, то, думаю, здесь и так понятно: человеку нужно много хороших впечатлений и радости. Это будет некий баланс между паникой, где расходуется много негативных эмоций, и жизнью, где есть и хорошее.

При этом важно понимать, что я сейчас на панацею описала, и что даже при такой работе результат всегда будет 50 на 50. Важно знать, что если первые два этапа пройдут успешно, то это либо поможет человеку вылечиться (потому что мы не знаем потенциал нашего организма, но знаем о положительном влиянии позитивного настроя в болезни), либо даст возможность «уйти» счастливым. И тот, и другой вариант выхода из смертельной болезни — не самый плохой.

А напоследок я хочу сказать о своей жизни. При выписке меня с моим сыном из роддома врачи мне сказали, что у мальчика слишком много патологий, поэтому ходить он будет с трудом, а бегать, прыгать и заниматься спортом не будет никогда. Поэтому я отдала его в спорт в 4 года. А в 18 лет он получил первое место на краевом чемпионате во взрослой категории. Я просто захотела доказать врачам, что они не правы. Знаете, врачи тоже люди, и они не все хорошо учились. Помните об этом. И удачи вам!

Школа жизни